Благоговение, с которым надлежит читать слово Божие в Писании и в особенности в "Песни песней" Глава 1.  

 

Меня весьма поражало, что душа своим способом высказываться говорит здесь как будто с одним лицом и просит мира у другого. В самом деле, она говорит: "Да лобзает он меня лобзанием уст своих!" — и сразу же после этого добавляет, обращаясь как будто к тому, с кем она находится вместе: "Ласки твои лучше вина" (гл. 1, ст. 1). Я этого не понимаю и нахожу большое удовольствие в этом непонимании. В самом деле, дочери мои, весьма верно, что душа должна меньше восхищаться теми вещами, которые постижимы для наших столь низменных умов, чем теми, в смысл которых нам невозможно вникнуть по той причине, что первые внушают ей меньше восторга и благоговения перед ее Богом. Итак, вот важный совет, который я даю вам. Читая какую-нибудь книгу, слушая проповедь или размышляя о тайнах нашей святой веры, не утруждайте себя, не истощайте свой ум, вдаваясь во многие тонкости относительно того, чего вы по-настоящему не можете понять. Есть столько вещей, которые выше постижения женщин и даже мужчин! Когда Господу угодно даровать им понимание, он это делает без усилия с нашей стороны. В настоящий момент обращаюсь я к женщинам, а также и к тем мужчинам, которые не призваны подкреплять истину своим учением, ибо относительно тех, на которых Господь возложил обязанность объяснять ее нам, ясно, что они должны углубляться в нее и извлекают из этого великую пользу. Мы же будем в полной простоте принимать то, что Господь дает нам, и не будем утомляться в поисках того, в чем он нам отказывает. Лучше будем радоваться, думая о том, что у нас такой великий Бог и Властелин, что в каждом из его слов заключены тысячи тайн, из которых мы не понимаем даже и азов. В этом не было бы ничего удивительного, если бы речь шла о латинском, еврейском или греческом тексте, но и с испанским текстом дело обстоит так же. Если говорить об одних только псалмах преславного царя Давида, то сколько вещей, переведенных на наш язык, остаются для нас такими же темными, как на латыни! Поэтому тщательно избегайте утомления, истощения ума и не стремитесь вникнуть в эти вещи. Женщинам ничего не нужно больше того, что соответствует их разумению. С этим Бог будет милостив к ним. Когда его Величию будет угодно дать нам больше, мы достигнем понимания этого без усилия с нашей стороны. Что же касается всего остального, то смиримся и будем радоваться тому, что у нас такой великий Властелин, слова которого, даже на нашем языке, непонятны. 

 

О том, что, читая слово Божие, мы должны к благоговению 

присоединять смирение 

 

Вам, может быть, покажется, что некоторые вещи, встречающиеся в этих "Песнях", могли бы быть выражены по-иному. Принимая во внимание нашу грубость, я не удивилась бы, если бы это пришло вам на ум. Я даже слышала от некоторых людей, что они избегают их слушать. О Боже, как велика наша немощь! С нами случается, как с теми ядовитыми животными, которые превращают в яд все, что едят. Когда Господь по великой своей благости дает нам познать, что происходит в любящей его душе, когда он поощряет нас к беседе с ним и к радости быть в его обществе, мы вдруг пугаемся и придаем его словам такой смысл, в котором выявляется слабость нашей любви к нему. О Властелин мой! как мало пользуемся мы всеми благами, которые ты даровал нам! Твое величие ищет всевозможных путей, средств и изобретений, чтобы дать нам познать свою любовь к нам, а мы так плохо проникаемся этой любовью, что не придаем ей большого значения. Как новички в этой науке, мы позволяем нашим мыслям направляться к тому, на чем они останавливаются обычно, и не углубляемся в великие тайны, которые заключает в себе речь, автор которой — Святой Дух! Того, что эта речь — от него, разве не должно быть достаточно, чтобы воспламенять нас его любовью и убеждать нас в том, что он воспользовался ею не без глубокой причины? 

 

О великом благе, которое могут приносить душе 

слова Священного Писания. 

 

Я знаю души, получившие от этих слов такую великую пользу, такое обильное утешение, такое ощущение безопасности среди своих страхов, что они громко благословляли Господа за го, что он дал такое спасительное средство тем, кто любит его горячей любовью. Они благодарили его за то, что он таким образом дал им понять, что Божество действительно может нисходить до такой степени. Их личный опыт не был достаточен для того, чтобы изгонять страх, когда Господь наделял их высокими милостями, но эти слова "Песни песней" ясно говорили им о том, что они шли верным путем. Знаю одну из них, многие годы подвергавшуюся очень острым боязням и не находившую успокоения ни в чем до того дня, когда Бог позволил ей услышать некоторые места из "Песни песней", которые дали ей понять, что ее душа была на верном пути. Да, повторяю, она поняла, что душа, охваченная любовью к своему Супругу, может в своих отношениях с ним испытывать все эти утешения, этот упадок сил, эти смерти, горести, услады и радости, после того как она из любви к нему отказалась от всех мирских удовольствий, полностью предоставила себя ему и отдалась в его руки не на словах только, как бывает с некоторыми, но действительным образом, доказанным делами. О дочери мои, как великолепно отплачивает Бог наш! У вас такой Властелин и Супруг, от которого ничто не ускользает, который знает все, видит все. Потому и не упускайте делать из любви к нему то, что в вашей власти, хоть бы это и были сущие мелочи. Он вознаградит вас за это, взирая только на любовь, с которой вы будете это делать. На этом я кончаю. Когда вам встретятся в Священном Писании или в тайнах нашей веры такие вещи, которых вы не понимаете, не останавливайтесь на них, как я вам только что сказала. Что же касается нежных слов, выражающих то, что происходит между Богом и душой, не пугайтесь их. Любовь, которую Бог проявил к нам и еще проявляет, удивляет меня намного больше и действительно выводит меня из себя, когда я думаю о том, что мы такое. Раз эта любовь существует, то ясно, что дела Божьи даже превосходят нежность слов, которыми он нам о ней объявляет. Прошу вас, дойдя до этого, остановитесь на мгновение из любви ко мне: поразмыслите о любви, которую явил нам Бог, о том, что он сделал для нас, и вам станет ясно, что такая могучая, такая сильная любовь, побудившая претерпеть столько страданий, может быть выражена только удивительными словами. 

 

Цель, преследуемая святой Терезой в этом писании драгоценная 

польза, которую душа может получить, размышляя о слове Божьем. 

 

В этих словах содержатся, вне всякого сомнения, великие вещи и глубокие тайны, да, весьма драгоценные вещи, ибо когда я просила богословов объяснить мне, что хотел высказать этим Святой Дух и каков истинный смысл этих слов, я услышала от них в ответ, что учителя веры составили об этом длинные трактаты и не могли это определить. 

Могут счесть, что я весьма горделива, желая дать вам некоторое из своих объяснений, но не то я имею в виду. Как бы ни была я лишена смирения, я не претендую передать точный смысл этого. Мое намерение заключается попросту вот в чем. Поскольку я нахожу отраду в том, что Господь дает мне понять, когда приводят какой-либо отрывок из этой книги, то и вы, быть может, получите такое же утешение, слыша об этом от меня. Возможно, что слова, о которых идет речь, не относятся к тому, что я говорю, но я воспринимаю их в этом смысле. При условии не отклоняться нисколько от того, чему учат Церковь и святые, — а ведь эти страницы до того, как вы их читаете, были обстоятельно рассмотрены сведущими в этих вопросах богословами, — Господь наш, думаю я, дозволяет поступать так. Дозволяет же он нам, когда мы размышляем о Страстях, представлять себе гораздо больше горечи и мук, чем сообщают Евангелисты! При том условии, как я сказала в начале, чтобы не любопытство руководило нами, но мы просто принимали бы свет, который проливает нам его Величие, я уверена, что он не найдет ничего дурного в наших поисках радости и услады в его словах и его делах. 

 

Мысли святой Терезы о словах "Да лобзает он меня лобзанием уст своих". 

Сколь изумительна благость Божья, дозволяющая нам 

просить этого лобзания. 

 

В тексте, который я привела в начале, Супруга, как мне кажется, обращается к третьему лицу, тому самому, о котором она говорит. Этим она дает понять, что есть две природы в Иисусе Христе, одна Божественная и другая человеческая. Я не задерживаюсь на этой мысли, потому что намерена ограничиться тем, что может быть полезно нам, предающимся молитве, — хотя душа, горячо любящая Господа, во всем находит поводы ободряться и восторгаться. Как ведомо его Величию, если я иногда и слушала комментарии к некоторым из этих слов или мне их объясняли по моей просьбе, то было это редко, и память моя так плоха, что я не запомнила из этого ровно ничего. Оттого и я буду в состоянии сказать только то, чему меня научит Господь и что имеет отношение к моему предмету. К тому же не помню, чтобы я когда-либо слышала что-то об этих первых словах: "Да лобзает он меня лобзанием уст своих". О Господь мой и Бог мой! что это за слова, с которыми червь обращается к своему Создателю! Будь благословен, Господи, просвещающий нас столь многими способами! Но кто осмелится, о Царь мой, произнести такие слова, если ты этого ему не дозволишь? В самом деле, это так изумительно, что, наверное, удивятся и тому, что я советую это делать. Скажут, что я советую это делать. Скажут, что я слишком наивна, что не таков смысл этих слов, что у них много иных значений, что очевиднейшим образом мы не должны обращать их к Богу — и что, следовательно, простым людям отнюдь не подобает заниматься подобным чтением. Признаюсь, что эти слова можно понимать весьма по-разному, — но этим не занимается душа, возгоревшаяся такой любовью, от которой она вне себя. Хочет она вот чего: произнести их, раз Господь ей этого не возбраняет. О Боже, отчего нам удивляться? Разве действительность не еще более восхитительна? Разве не приступаем мы к Святейшим Дарам? 

 

Лобзание, которого просит Супруга, это знак мира, 

и его можно понять как Евхаристию и Воплощение. 

 

Я даже задавала себе вопрос, не просит ли здесь Супруга Иисуса Христа об этой милости (Евхаристии) , которую он нам даровал впоследствии. Также задавала я себе вопрос: не просила ли она того столь тесного единения, в которое Бог вступил с нами, сделавшись человеком, той дружбы, которую он тогда завязал с родом человеческим? Действительно, не трудно видеть, что лобзание — это знак мира и тесной дружбы между двумя лицами. Да будет угодно Господу помочь нам понять, как много существует разновидностей мира!.. Таким образом, эти слова, понятые буквально, могли бы действительно испугать, если их произносить хладнокровно. Но тому, кто вне себя от твоей любви, ты дозволяешь, Господи, обращаться к тебе с этими и с другими словами. Признаю, что это смелость. Но, о Властелин мой, если лобзание означает мир и дружбу, то отчего не просили бы тебя души даровать их им? Можем ли мы обратиться к тебе с молитвой лучше той, которую я возношу к тебе, Господь мой, в настоящий момент, прося тебя даровать мне этот мир "лобзанием уст твоих"? Это, как вы увидите, дочери мои, прошение очень возвышенное.